Погадать?

Машенька, милая, да я ж 20 лет уже, как карты в руки не беру. Откуда только прознала? Признавайся! Бабушки во дворе сплетничают.... Эх, шила в мешке не утаишь. А ещё что рассказывают? Ясно. Не упрашивай, много будешь гадать — всё прогадаешь. Если парень изменяет, так бросай, если не любишь, тоже бросай, за дураками не бегай, за работягу замуж выходи, не раздумывая. Тут и в карты смотреть не надо. Ладно, раз уж пришла, будь добра, присаживайся. Всю душу мне растеребила... Вот, зачем напомнила? Расстроила только ты меня, Машка. Слушай теперь за это историю одинокой старой женщины. Ха, ты б свою физиономию сейчас увидела, умора! Не бойся, это страшилка почище любого детектива, тебе понравится.

Я тогда санитарочкой в областном интернате для деток-отказников работала.

Зарплата сама, поди, понимаешь — мешок картошки, капусту да булку хлеба два раза купить. Даже угла своего не имела, в подсобке сестринской жила. Но зато для меня всегда лишний выходной находился, духи заграничные, хоть и была девчонкой на побегушках, а уважали сестрички с воспитательницами. Да что уж теперь скрывать, и деньги тайком давали. Как ты, всё хотели про будущее дознаться.

Равных мне тогда гадалок не было, видишь, сколько лет прошло, а бабки до сих пор по старой памяти дают рекомендации. Про «МММ»-то, наверное, слыхала? Из наших, интернатовских, ни одна не вложилась. Кто, думаешь, им подсказал? У Тамары, нашей заведующей, как-то отец пропал. Вышел в магазин за хлебушком на 10 минут, а вторые сутки нет человека. Она даже в милицию не завернула, сразу ко мне пулей принеслась. Дескать, помоги, что угодно проси. С тяжёлым сердцем я ей карты раскидывала, чувствовала, старичок не жилец уже. Так и вышло, тем же днём нашли его в указанном мной месте — за 5 километров от нашей деревни на дне лесного оврага у болота в камышах. И хватило ж сил дойти! Диабетиком Тамарин отец был, лекарство вовремя не принял, только за порог вышел, и в раз забыл куда и зачем.

Как-то раз даже из города семья приехала, дочку в столице потеряли. Уехала девчонка в Москву учиться, первый год с родителями связь держала, а последние полгода молчок. Сначала не тревожились, думали учится усердно студентка-то, может с парнем познакомилась, или подработку нашла — не до стариков. И вдруг приходит из деканата весточка — девочка ваша в общежитии давно не живёт, на занятия не ходит. Посмотрела я в карты и только ухмыльнулась. Не тревожьтесь, говорю, деточка за границей живёт, очень боялась, что ругать станете и скрывала кавалера, скоро внучатами вас порадует. И действительно — через месяц их дочка сама объявилась с повинной, прислала открытку из Америки, и фотографию новорожденных не забыла приложить.

Уж сколько свадеб, разводов, обманов, поездок через мои карты прошло, даже перечислять не стану. Все знали, если я сказала — это железно. Гордилась я своим умением, признаю, да и злоупотребляла, не обошлось без этого. Всё-таки, нехорошо на чужом горе наживаться. Да, что уж теперь...

Жил у нас в интернате паренёк Вова. Конечно, счастливчики в наше заведение не попадали, все, считай, сироты при живых родителях, все с запаздывающим развитием.

Но только Вове будто досталось от судьбы больше всех. Нашли его грибники в самой чаще леса, всего измочаленного, грязного, исхудавшего. На вопросы людей не отвечал, только зыркал затравлено, как зверёк, и дичился. В посёлке Вовину семейку знали хорошо — отец мотал четвертый срок, мать верность супругу не хранила, и ежедневно её двери были открыты для всех местных забулдыг.

Неудивительно, что мальчишка в свои 12 лет едва писал печатными буквами. И всё же из обычной сельской школы его до последнего не гнали, жалели — в целом, парень он был толковый, тихий, учёбой интересовался, насколько это было возможно с такими родственничками. Но после лесного происшествия ему одна дорога была — к нам в интернат. Вовка так и не заговорил за целых пять лет, что у нас жил, хоть бы словечко обронил. Сидел днями в углу, глядя в стену, откликался, только если звали поесть.

Сказки, правда, ещё любил послушать вместе с первоклашками — и смех, и слёзы, сидит здоровый детина и каждое слово ловит из какой-нибудь «Золушки». Незавидная его ждала судьба, он у нас такой единственный был, даже для самой простой работы не годился.

А возраст-то его тем временем уже к 18 подходил. Воспитатели на Вове крест поставили — всё равно всю жизнь по психбольницам промается, и это если повезет.

Кто из сестёр при Вове про мой дар проговорился, теперь и не вспомнить. И какой смысл? Стеснялись-то его меньше стенки — всё равно ничего не понимает. Да только слушал он в тот раз ой, как внимательно. Может, почуял чего, а может, и за очередную сказку принял.

Карты я свои старалась прятать, оставляла или на верхней полке шкафа в подсобке, чтобы дети ненароком не достали, или вообще в ящике стола запирала. Если колоду посторонний даже просто в руках подержит — пропало дело, ни один расклад больше на таких картах не выйдет. Правило я это соблюдала железно, но время от времени всё ж забывала карты в кармане халата. Так случилось и в тот раз...

Как сейчас помню, возвращаюсь я с выходных из города, радостная, с гостинцами. Захожу в каморку свою, а там Вова... Последнюю карту из раскиданной по всей подсобке колоды ручкой расписывает. Ни одну не упустил, ни одну! «Дом», «Семья», «Река», «День», «Лес», «Месяц», «Жизнь» — на каждой карте своим кривым печатным почерком подписал её значение. Мне бы напуститься на него, отругать, а я стою, как громом поражённая. Да, колода теперь меченная, её даже в руки не возьмёшь, но Бог с ним, не велика беда, можно новую дарёную дождаться. Ох, даже сейчас в груди холодеет, как вспомню... Значения-то верно все были подписаны! Никому я своих секретов-толкований не выдавала, у каждого, кто гадает здесь свой обычай, какую карту как назвать. Откуда Вовка прознал?? До сих пор я понять не могу. Принялась у него выпытывать и так, и эдак — молчок, вижу взгляд, словно дымкой подёрнут, и смотрит будто сквозь меня.

Ох, и злилась я на себя тогда за ротозейство. Локти кусала — что я без своих карт?

По-обычаю я могла снова взяться за гадание только с колодой, подаренной в новый год. А на дворе, словно на зло, только-только июль начинался. Но я отходчивая, полютовала с недельку, пока всем сестричкам тошно не стало, и они мне пообещали какую только захочу колоду, за любые деньги, достать к декабрю. У них ведь тоже своя корысть в этом деле была.

А Вова что? Вот тут-то, Маша, и начинается самое интересное. Вова заговорил!

Сначала поварихе «спасибо» за суп сказал, потом с воспитательницами начал здороваться. Отвечать стал вполне осмысленно, если к нему обращались. Ох, и шороху было! По всем возможным тестам и обследованиям его прогнали — парень-то нормальный вроде как оказывается. Знаний-то ноль, конечно, 5 лет в углу просидеть не шутки.

Естественно, я тоже в стороне не осталась. Через месяц после того случая подловила Вовку к себе в комнату на откровенный разговор. Ласково так спрашиваю: «Ты не бойся, я ругать не буду. Откуда мои секреты знаешь?» Сидит, в глаза не смотрит, нос повесил, и говорит так нехотя: «Я, Ольга Николаевна, последние пять лет совсем не помню. Если не верите, у воспитателей и директора спросите». Это он ловко придумал, да я ведь тоже не лыком шита: «Пять лет, значит, не помнишь, — говорю,— А имя моё вот без запинки назвал».

Я тебя, Маша, не буду мучить, весь этот допрос пересказывать. Как партизан молчал, ни в чём не сознавался. А под конец достал из кармана листок и подаёт мне.

Разворачиваю, а там телефон какой-то Валентины Титовой, номер городской. Я ещё и рта не успела раскрыть, а Вовка принялся буквально умолять, чтоб ему туда позвонить разрешили. И смотрел так отчаянно, ой…всю душу трясло. И откуда, думаю, он только номер этот взял? Ха-ха, Маша, насмешила! В интернете! Ох, уморила! Тогда интернета не было никакого — один телефон, да пол-телевизора на весь интернат. Я уж про сельских и молчу — они вообще с почты в город звонили.

Наверно, думаешь, я злилась на Вовку, и послала куда подальше с его просьбами. Я хоть и гадалка была, но уж точно не ведьма. Детки наши все для меня как родные были, тем более, что своих-то не завела. А уж Вова… Не могла я его ругать, до краёв горя хлебнул мальчишка к семнадцати годам. С такой надеждой он эту бумажку протягивал. Уж мне ли было не догадаться, что это неспроста? Знать бы тогда, чем плачу… Эх… Извини, Маша.

В общем, отвела я его к аппарату без вопросов, благо обед был, и кабинет пустой. Над душой стоять-подслушивать не стала, дала минуток десять, и прогнала с глаз долой. Конечно, любопытно было! Но сердцем чуяла, ничего не расскажет.

На следующий день, чуть не в 5 утра объявились двое городских, муж с женой. Та самая Валентина Титова! Даже «здрасьте» сказать не успели, затопали ножками: «Отдавайте ребёнка, истязатели, похитители! У нас связи!» И Вовка тут как тут, бежит им навстречу, весь в слезах «мама, папа» кричит. Еле урезонили вместе с участковыми.

Сначала-то подумали, это кто-то из дальней родни через пять лет очухался, усыновлять приехали. Но Валентина кулаком в грудь бьёт, клянётся — она Вовкина мать. Пять лет назад их сын ушёл в школу и не вернулся. Видели люди, как он заходит в школьный двор, а вот на занятиях уже его не было. Будто испарился мальчишка.

Показали мы тогда несчастной мамаше Вовино свидетельство о рождении, деревенских, которые его с детства знают, пару фотографий со школьной линейки, даже «весёлую» избу, где он вырос, не поленились показать. Только и Валентина не с пустыми руками приехала. Ударила со всего маху по директорскому столу альбомом семейным, дескать, любуйтесь.

Смотрим, ну что сказать, маленькие дети-то все похожи, тут и судить нечего. А как стали до подростковых снимков добираться, даже у участкового на голове волосы зашевелились. Будто на близнеца Вовкиного смотрим, только улыбчивого, довольного.

Валентина с её мужем люди не простые были, видно, богатые, со связями. Угрожали интернат наш прикрыть и всех без работы оставить. Эх… Нашли чем пугать. Директор и сам рад был обузу скинуть, паренёк ведь ничейный. Короче, уехал Вова в хорошую жизнь.

Слыхала, родители с него пылинки сдували, в университет умудрились пристроить, по заграницам возили. Не даром, видать, он так сказки любил.

Со мной что стало? Разве сама не видишь? Девчонки обещание своё сдержали, поздравили на новый год дорогой колодой. Взяла я карты, принялась раскладывать… Смотрю в них, как баран на новые ворота, что в бумажки пустые. Куда там будущее смотреть, я даже, куда собственную заначку прошлогоднюю спрятала, сказать не могла. Ушёл дар вместе с Вовкой.

Слишком поздно поняла я, зачем он карты подписывал. Судьбу он украл, Машенька, и прошлую, и будущую. Вырвал себе счастья шматок и мою силу прихватил. Мне бы и порадоваться, как Вова хорошо устроился, да ведь неизвестно куда он того мальчика, настоящего сына Валентины отправил, какую жизнь для него выменял. Страшное это дело из судьбы выгонять.

Ну, гадать передумала? Нет? Ох, глаза мне твои не нравятся

"Родимое пятно"

Эту историю я услышал в детстве. Жила девочка, скажем, Маша, и было у неё родимое пятно на лице. Пятно было большим и доставляло Маше массу огорчений. Начиная от вечно пялящихся людей, заканчивая обидными прозвищами жестоких детей. Родители обошли кучу врачей, но всё было бесполезно, из-за каких-то проблем с кровью операция была противопоказана. Посоветовали маме девочки обратиться к женщине, которая слыла ведьмой и, по слухам, могла помочь. Мама, поразмышляв, решила использовать последнее средство. Узнав адрес, отправились на окраину города, где находился дом этой женщины. Вопреки ожиданиям, встретила их не древняя старушка, а просто дама в возрасте, что немного удивило, так как ожидали встретить косматую старуху с тяжёлым взором. Выслушав посетительниц, ведьма сказала, что может помочь в их беде, но надо строго следовать её словам, иначе беды не избежать. Проведя ритуал, ведьма дала девочке бутылочку с каким-то настоем, сказав выпить это перед сном. После этого открыть форточку и, что бы ночью не происходило, ни в коем случае не открывать глаза. Вернувшись домой, мама с дочкой еле дождались вечера, было страшно, но придавала храбрости надежда на избавление. Выпив настой, Маша открыла форточку, а мама, поцеловав свою девочку, ушла к себе-таково было условие колдуньи. Намаявшись за день, Маша на удивление быстро заснула. Проснулась она от ощущения жуткого холода и присутствия чего-то страшного, но неожиданно услышала голос в своей голове, который приказал зажмурить посильнее глаза. Становилось всё страшнее, по комнате летал сквозняк, раздавались непонятные стоны и скрежет. Вдруг раздался шёпот: "Посмотри в зеркало, пятна больше нет". Маша открыла глаза… Тут же раздался страшный крик, а затем торжествующий хохот. Что-то тёмное вылетело в форточку, и она захлопнулась с грохотом. Вбежала мама, включив свет и посмотрев на дочь, она заплакала: родимого пятна больше не было. Днём, собрав всяких гостинцев, они отправились поблагодарить ведьму. Прибыв на место, немного удивились: дверь была открыта настежь. Войдя в дом, мама с дочерью оцепенели. Колдунья лежала мёртвая посреди комнаты, лицо было искажено ужасом, а на лице багровело родимое пятно…

"Преследователи"

Не знаю, насколько правдивы истории на этом сайте, не сочтите за грубость, так как ранее мне не доводилось здесь бывать. В принципе и подобные вещи не читаю, но, знаете, сил уже нет молчать. А совсем не с кем поделится, а то, глядишь, сочтут за сумасшедшего.

И так, ближе к делу. Начну с первого инцидента, который, в отличие от меня хорошо запомнился моим родителям. Мне было 7, а может и 8 лет, точно не скажу. Но, уже достаточно взрослый ребенок. Практически в любое время суток, но, чаще ночью, я начинал кричать во весь голос. Доходило до истерик, родители не могли меня толком успокоить, но, как не странно подобное происходило лишь дома. Я, якобы видел что-то, и чаще всего, это что-то сидело на шкафу в моей комнате. И во сне и наяву, одна и та же картина. Описывал я его примерно так, покрытое черной шерстью тело, большая голова, маленькие глазки, и улыбка до ушей, которая больше походил на оскал. Оно постоянно улыбалось, смотря на меня. Знаете, что мне запомнилось? Когда я доказывал родителям, что он сидит вон там на шкафу, он начинал истерически давиться от смеха.

Все это продолжалось долгое время, пытались помочь разными способами, но ничего не помогало. И тут родители решились отвести меня к какой-то «бабке», хотя они всегда были ярыми противниками подобных вещей, но, переступили через себя. И вы знаете, свершилось чудо! Больше я не видел этого товарища.

После, так же, примерно в 15 лет, я начал замечать, что вижу что-то краем глаза. Это люди, животные, разные предметы, которых там нет. Я обследовался и не раз, никаких отклонений не нашли, первое время списывал, на хорошее воображение. Ведь все это не четкие образы, иногда сложно сказать, что конкретно я видел?! Когда это происходит где-то днем на улице, нет проблем! Но, когда я дома один, курю на кухне, и как будто, кто-то проходит мимо меня, становится невероятно жутко. Ведь обернувшись, я вижу, что никого нет. Иногда, я думаю, что лучше бы это был грабитель.

В студенческие годы, ко мне снова вернулись сны наяву. Помню, сплю в своей постели, открываю глаза, а на моих ногах, в буквальном смысле, словно на корточках сидит, явно не человек. Вытянутое, до ужаса худое тело, черное цвета, словно готовилось к прыжку. Я как-то сообразил, что это сон, и начал себя уверять, что мне надо очнуться. И правда, открываю глаза, но, увы. Оно по-прежнему сидит на моих ногах. Я вскочил в ужасе, и как в детстве начал орать. После, убедил себя что, это как в полу дреме, еще не до конца проснулся, вот и мерещится всякое. Долго это убеждение не продержалось, я начал видеть его в доме своей девушки и у друзей, естественно в полу сонном состоянии или краем глаза.

Примерно в это же время на моем теле начали появляться синяки. Сначала не большие на ногах, потом они словно начали подниматься выше, и становились все больше. С учетом того, что я много лет занимался профессиональным спортом, тело у меня, как говорят набитое, и кожа совсем не нежная. Что бы на мне поставить синяк, нужно хорошо постараться. И конечно, да здравствует логика, я снова у врачей, может железа в организме не хватало, или еще что?! Но, нет, я здоров как бык, а синяки случайность.

С того времени прошел не один год, я оставил спорт, уехал в другой город, и посвятил себя искусству. Так как говорят, что творческие люди все с приветом, я подумал, что мне самое место среди них. Открыл свою студию, по сути, кажется, что все не так уж и плохо?! Но, вот в чем проблема, я до сиих пор вижу все это. Как и раньше на теле появляются синяки. Только это уже не те следы, как от маленьких укусов, а словно отпечатки огромных ладонь. Как раз один такой у меня сейчас на спине, а другой пояснице. Как вы понимаете, личная жизнь наладиться просто не может – сложно объяснить появление синяков. Я уже думал, может это я мазохист, и во сне сам себя травмирую, или кто-то в квартиру пробирается? Вариантов масса. И эта теория не подтвердилась, два месяца круглосуточно стояли камеры в каждой комнате. Ничего, все тихо, мирно.

В последнее время я начал сильно и часто болеть. Любое лекарство теряется, разливается, принять таблетки очень сложно, как по рукам кто-то бьет. Посуда бьется, падает с подставок, кухонные стулья падают, когда я, к примеру, в прихожей. С коллег и друзей ник-то ко мне попасть не может, тот шел ногу сломал, та в аварию попала.

Но, не болезнь меня пугает. А то, что мне начал снится уже кто-то новый. Человек, имеющий рога. После некоторых снов с его участием, мне кажется, что моя кожа становится такого же черно-синего цвета, как и его. Я обычно еще толком не успеваю уснуть, а ужу вижу его рядом. Недавно лежал на кровати, и говорил с матерью по телефону, сморило меня немного, на мгновенье закрыл глаза. Открываю, а он сидит на краю моей постели. Я слышу, что говорит мне моя мать, и одночасье вижу его! Я подскочил, включил свет, никого.

Если честно, я надеюсь, что у меня просто не все в порядке с головой. Мне становится очень страшно, если я думаю, что это не так. А я так устал бояться.

Улыбка Покойницы

Это произошло в Твери. Мы хоронили тётю. Все родные были уже в сборе, и вот стали выносить умершую. Мужики подняли гроб на плечи и понесли, и тут один из них не удержал гроб — то ли наступил на что-то скользкое, то ли споткнулся... В итоге гроб сильно накренился, покойница вывалилась из гроба и ударилась головой о бордюр. От этого удара у неё открылись глаза. Возмущений было не описать — похороны чуть не перешли в драку. Но самое страшное — лежит покойница с открытыми глазами, и тут ещё мышцы начали сокращаться на лице, как будто она потешно улыбается нам. Женщины, которые видели это, попадали в обморок. Конечно, это было жутко неприятно и страшно, но потом всё кое-как улеглось — покойницу вернули в гроб, и похороны продолжились своим чередом.

"Мясная лавка"

Одна женщина шла по улице и увидела слепого старика, который шёл ей навстречу. Он носил темные очки и держал в руке трость. Когда женщина проходила мимо него, он не удержал равновесие и начал падать.

Женщина схватила его за руку и не дала свалиться на землю. Он поблагодарил ее за доброту. Потом он спросил женщину, не может ли она оказать ему небольшую услугу.

“Не могли бы вы доставить это письмо”- попросил слепой. “Я старый инвалид, и мне требуется ужасно много времени, чтобы найти нужный адрес”.

Женщина была очень доброй и согласилась помочь старику. Он передал ей письмо с адресом, нацарапанным сверху. Женщина отправилась на поиски адресу, но случайно обернулась, и увидела, что слепой старик довольно резво удаляется по улице, взяв трость под мышку. Потом, к своему удивлению, она увидела, что старик снял тёмные очки и выбросил их в мусорное ведро.

Заподозрив неладное, женщина отнесла конверт в полицейский участок. Полиция отправилась по адресу, указанному стариком в письме. Оказалось, что по этому адресу располагалась мясная лавка. Выглядела она совершенно обычно. Полицейские ничего не заподозрили пока не попросили владельцев магазина, пожилую пару, открыть им двери большой холодильной камеры. Старики отказались это сделать. Тогда полицейским пришлось взломать дверь.

Внутри им открылась ужасная картина. В холодильной камере на крюках висели человеческие трупы, а полки были забиты мясом из человеческой плоти.

После этого полицейские вскрыли письмо, которое слепой старик передал женщине. Когда они вскрыли конверт, на листке бумаги внутри него была одна пугающая строка:

“Это последнее, что я посылаю тебе сегодня”.